Виктор Ковалёв: Реплика о поветрии «альтернативной истории»

Конечно, предположение о переносе (сознания) героя в другую эпоху представляется абсурдным, (ну, в будущее, ещё, куда не шло, а в прошлое – невозможно!), но фантастика и строится на переносе в другие миры. Это как массовое «вырубалово» для боевика. Если кому-то предположение кажется идиотским, то лучше ни читать – не твое. Я, к примеру, никогда не читал женских детективов, но предполагаю, что там есть свои мастерицы, и их надо оценивать не по канонам классического романа воспитания. То же самое и с «военно-исторической фантастикой» и пр.

История как практика не терпит сослагательно наклонения, но история как теория с него начинается. В этом смысле военно-историческая фантастика не научна с точки зрения физики, но с позиций гуманитарной науки – «научна» вполне. Как всегда, главное не что, а КАК. То, что главное внимание уделяется техническим деталям, оружию и пр. – неудивительно. Технику несравненно легче реконструировать, чем менталитет, дух эпохи. Конечно, может захотеться, чтобы автору удалось глубоко погрузиться в психологию героев определенной эпохи и пр., но для фантастики – это излишне. Примерно, как если бы от сочинителей бесчисленных детективов требовали литературной гениальности автора «Преступления и наказания».

Из серьезных замечаний против таких книг стоит выделить то, что неудачники из одной эпохи вряд ли бы сумели преуспеть в другой. Как сказать? К примеру, некоторые эмигранты в другой стране смогли изрядно преуспеть. Особенно, если жизнь на родине стала невыносимой и/или там не были востребованы те качества, которые помогли добиться успеха в других условиях. Я уж не говорю про «страну негодяев» или про то, что «бывали хуже времена, но не было подлей». К примеру, ум, благородство и смелость в подобные времена могут стать самоубийственными. «Времена не выбирают», как страну рождения, но порой их них хочется сбежать. Если вспомнить классическую дилемму Хиршмана: «голос» или «выход», то сейчас у нас больше популярна последняя. Молодежь перспективная не особенно протестует, а просто уезжает из авторитарно-коррупционной действительности в какую-нибудь «нормальную страну».

Кто не может или не хочет - пока бежит по другому: можно ли нажать «эскейп», уходя в компьютерные или ролевые игры, или вот, фантазируя о «ветвящемся времени». Что не хуже пьянства или наркотиков, по крайней мере. К тому же Россия снова висит над пропастью, и многие нутром чуют и ненормальность нынешнего положения, и его потрясающую непрочность. Эти чувства еще более обострились в последний год, в последний месяц…

Но утопии бегства сочетаются в «альтернативках» и с пафосом борьбы, пусть и воображаемой. Многие авторы наших фантастических историй показывают, как надо поступать с врагами – внешними и внутренними. Ибо враги наши сейчас всячески препятствуют выработке правильного к себе отношения. Что неудивительно, как и то, что здравые мысли сейчас приходится высказывать в рамках маргинального трэша. Глянцевые аляповатые томики с «альтернативнйо фантастикой» формируются в партизанские соединения. Если высоколобые «умники» в РФ капитулировали перед напастями и продались за грантовые подачки, а многие из них и просто обнаружили в себе признаки обыкновенной «пятой колонны», то авторы бульварного чтива отстаивают ценности патриотизма. Как могут и доступными им средствами.

В своей «исследовательском пафосе» наши «альтернативщики», в общем-то, правы, когда в своих фантастических опытах пытаются переиграть революцию и мировые войны, а также то, что им предшествовало. А в более близкие времена, например, в «катастройку» самолет с «Горбатым иудой» сбивают «стингером»; в общем, «лучше бы он не родился». Ведь оценка исторических событий начинается с вопроса «что было бы, если бы…». Что было бы, если бы, скажем, перестройка началась иначе и проводилась бы другими людьми? Допустим, что крах советского социализма был неизбежен, и он разваливался под грузом собственных противоречий. Даже не perestroika бы произошла, а какая-нибудь альтернативная «переделка»? Легко из этой переделки мы бы все равно не выбрались, неизбежны были бы и потери, и ошибки, и преступления. Но – может быть, не так много. Но – может быть, воруя, не курочили бы нажитое в СССР с таким садистским остервенением. Но – может быть, заботясь о себе любимых и родне, не продавали бы военную технику на металлолом за копейки и не теряли бы контроль над стратегическими отраслями и предприятиями. Но – может быть, не сдавали бы за просто так внешнеполитические позиции, завоеванные ранее огромной русской кровью.

«Может быть» зависела от степени осознания российских интересов новой (пусть и с традиционными чертами) российской власти. А в «текущей реальности», в произошедшей истории она часто была антироссийской и антирусской. Вот это патриотическим писателям-фантастам и хочется «переиграть».

Да, в поветрии «альтернативных историй» есть что-то для нас жалкое. Много инфантильных мечтаний о чудесах по щучьему веленью, по попаданцеву хотенью. Многое, в этом увлечении «альтернативной историей» идёт, конечно, от ролевых игр и компьютерных стрелялок. Но иногда даже это кажется более «продвинутым» с точки зрения осмысления нашего прошлого, нежели выдуманных (и навязанных) нашими высоколобыми недоброжелателями историософских схем о «русской системе», «судьбе», «идее» и прочих концептуальных мутантах. И, уж совсем кощунственно звучат обвинения всего нашего народа в грехах власти, в склонности к рабству» и пр.

А фантазирование и интеллектуальные игры сейчас, при всей их порой несуразности могут иметь свой смысл. Это небесполезно хотя бы для того, чтобы в канун следующей «перестройки» не дать одурачить себя русофобскими «философемами» и «идеологемами», изучая прошлый опыт о том, как страну и народ оставляли БЕЗ СВОЕЙ ГОЛОВЫ, разбираться в приемах манипулирования, которым снова интенсивно подвергается сознание отечественных элит и масс.

Стоит коснуться войны 1941-45 гг. Но и для нас та война – последний рубеж исторической обороны. Рана Отечественной войны до сих пор страшно болит. Если бы бойцы и командиры Красной армии воевали в ту страшную войну, хотя бы наполовину так, как «попаданцы», даже тем оружием, что у них было, то невозвратные потери были бы гораздо меньше. Многие современные авторы решительно хотят «переиграть войну». Но кто же мешал нашим предкам (учиться) нормально воевать? Что мешало сократить те ужасные поражения/потери, которые имеют следствием нынешнюю деградацию населения и страны? «Начальство» – будь оно неладно. А кто мешает наладить нам нормальную жизнь сейчас, 70 лет после той войны? Да те же – потомки, порой прямые, сидевших в райкомах, особых отделах и заградотрядах. Они спекулируют на святой памяти о Победе, чтобы сохранить свою власть и привилегии.

Однако главное здесь – не заиграться. Пофантазировав о прошлом, стоит поскорее вернуться в реальность. Прошлого не переделать, а вот побороться с настоящим – можно попробовать, хотя это и фантастически трудно. И эти фантастические трудности стоят против нас. Не стоит надеяться на чудо. Не помогает нам никакой тайный орден, нет никакой секретной суперконторы (а если и есть, то там, как и везде, бардак, коррупция, дурость и бюрократизм, что еще более усугубляется секретностью). И на гениального вождя, чудом явившегося народу, надеяться не стоит – не объявится ниоткуда такой харизматический лидер (а если и появится, то это будет напоминать сюжет соловьевской «Повести об антихристе»). И инопланетяне на помощь не прилетят – придется управляться самим.

Любишь читать «альтернативную» фантастику про «попадацев» в лето Сорок первого года? Так вот, мы туда уже попали. В определенном смысле, сейчас наше положение немногим лучше, чем в начале Великой Отечественной войны, хотя и в другом роде. И надеяться можно лишь на себя, при всех известных слабостях и несовершенствах.


Виктор Ковалёв, доктор политических наук, профессор кафедры политической политологии и международных отношений Сыктывкарского государственного университета. ©