Что решает референдум в Альберте и почему сепаратисты спорят между собой

19 октября жители провинции выбирают между сохранением места в Канаде и подготовкой нового голосования. Для части сепаратистов это путь к своей стране, для других — рычаг давления на Оттаву.


Премьер Альберты Даниэль Смит назначила референдум, но сама выступает против независимости провинции. По сообщению The Guardian от 19 октября, к голосованию её подтолкнуло давление части собственной Объединённой консервативной партии. Эта двойственность проходит через всю кампанию: даже среди сторонников следующего шага к отделению нет согласия, куда именно он должен привести.

Вопрос не сводится к выбору между двумя флагами. Одни хотят построить государство, другие — заставить федеральное правительство внимательнее относиться к требованиям Альберты. Одинаковая отметка в бюллетене может скрывать разные политические намерения.

Голосование о следующем голосовании

Референдум назначен на 19 октября 2026 года. Согласно опубликованной избирательной службой Elections Alberta формулировке, жителям предстоит выбрать: остаться провинцией Канады или поручить правительству Альберты начать предусмотренную канадской Конституцией юридическую процедуру для проведения обязательного референдума об отделении.

Таким образом, второй вариант означает движение к ещё одному голосованию, а не немедленное провозглашение независимости. Более того, Elections Alberta прямо указывает: результат нынешнего вопроса об отделении не имеет обязательной силы. Слово «обязательный» в его формулировке относится к будущему референдуму.

Это различие существенно для всей кампании. Поддержать подготовку следующего голосования политически легче, чем согласиться с окончательным выходом. Как объяснил Al Jazeera политолог Университета Альберты Джаред Уэсли, организаторы используют этот более низкий порог, убеждая избирателей послать Оттаве сигнал: провинцию нужно услышать.

И даже будущая победа сторонников независимости не устраняет необходимости договариваться. В разборе Al Jazeera от 18 октября подчёркивается, что отделение потребовало бы сложных переговоров с федеральными властями, другими провинциями и коренными народами. Между отметкой в бюллетене и устройством новой страны остаётся целая политическая и правовая работа.

Рычаг давления или собственное государство

У недовольства есть давняя основа: споры об энергетической политике и распределении доходов. Описывая исторические корни движения, оба издания обращаются к Национальной энергетической программе 1980 года, усиливавшей федеральное влияние на отрасль. Для сепаратистов она стала символом несправедливого отношения к провинции. Они считают, что богатая нефтяными ресурсами Альберта слишком много отдаёт федеральному центру, а решения Оттавы мешают развитию её нефтяной промышленности.

Но из общего недовольства не следует общая цель. Для избирателя, который добивается уступок от Оттавы, угроза отделения может быть средством переговоров. Для убеждённого сторонника независимости уступки не решают проблему: полномочия федерального центра сохраняются, и следующий состав правительства может снова проводить неприемлемую для него политику.

Эту границу хорошо показывает Кори Морган, основатель организации Pathway to Independence. В беседе с Al Jazeera он признаёт, что движение уже помогло привлечь внимание федерального руководства к Альберте. Однако для него самого более благожелательный премьер не заменяет изменения государственного устройства: правительства приходят и уходят.

Отсюда и противоположные оценки возможного успеха. Стратегическому избирателю может хватить того, что Оттава начала прислушиваться. Моргану этого недостаточно. Даже если они поддержат один вариант ответа, выполненной свою задачу они сочтут в разные моменты.

Внутри движения спорят о готовности к выходу

Разногласия касаются и самого перехода. По описанию The Guardian, юрист Кит Уилсон, один из разработчиков проекта независимости Альберты, считает необходимые преобразования вполне осуществимыми. Он отвергает представление о неизбежно долгих и конфликтных переговорах с Канадой.

Участник партии Wildrose Independence Билл Джонс смотрит на готовность провинции иначе. В том же материале он предупреждает, что сторонники отделения торопятся: новой стране нужны собственные институты, в том числе полиция и пенсионная система.

Это спор о том, что должно предшествовать решающему шагу. Уверенность, что необходимые учреждения можно создать, и готовность доверить им повседневную жизнь — разные основания для голосования. Недовольство федеральной политикой само по себе не отвечает на вопрос, как будет работать независимая Альберта.

Почему спор может пережить результат

Всего на референдум вынесено десять вопросов. По процедурной справке Elections Alberta, каждый оформлен отдельным бюллетенем. Помимо будущего провинции, избирателям предложены вопросы об иммиграции, условиях доступа к социальным программам и изменениях конституционного устройства — включая порядок назначения судей и упразднение федерального Сената.

По сообщению Al Jazeera, Смит призывает поддержать остальные девять предложений, чтобы усилить её переговорную позицию перед Оттавой. Здесь борьба за дополнительные полномочия внутри Канады соприкасается с кампанией за выход из неё. Политолог Иэн Купер в беседе с изданием допускает: если предложения получат поддержку, но федеральный центр не пойдёт на уступки, сепаратисты смогут использовать это как новый довод против существующей системы.

Однако продолжение кампании не предопределено. Уэсли обращает внимание на разнородность движения: если независимость перестанет казаться достижимой, часть активистов может переключиться на другие консервативные темы. Морган, напротив, говорит, что уважит отрицательный ответ избирателей, но не прекратит добиваться отделения.

Поэтому нынешнее голосование способно показать поддержку следующего шага, но не обязательно завершить спор. Для одних его смысл — добиться более выгодного места Альберты в Канаде. Для других любое место внутри федерации останется временным компромиссом. Именно это различие будет определять судьбу движения после подсчёта голосов.