«Вас боятся, Владимир Владимирович» — как блогер добилась реакции Кремля

С этими словами Виктория Боня — экс-участница «Дома-2» и блогер с почти 13 миллионами подписчиков — обратилась к Владимиру Путину в почти 19-минутном видео, опубликованном 14 апреля. И получила ответ за двое суток. Что в кремлёвской повестке случается далеко не с каждым, даже из числа первых лиц государства.

Суть обращения была проста и дерзка одновременно. Боня перечислила пять тем, которые, по её убеждению, президенту никто из губернаторов и чиновников не докладывает в полном объёме: разрушительные паводки в Дагестане, новое мазутное пятно в Анапе, правила, позволяющие убивать краснокнижных животных, изъятие и забой скота в Новосибирской области, а также блокировки интернета. Про Дагестан она спросила прямо: почему помощи не было 72 часа, а заговорили только через десять дней? Про Анапу — ещё жёстче: мазутное пятно из космоса видно, птиц отмывают волонтёры своими руками, а в отчётах наверх всё якобы чисто.

Особенно резонансным стал пассаж про Новосибирскую область, где из-за вспышек пастереллеза и бешенства власти изымали и забивали скот. По словам Бони, «приходили — убивали, а кто-то начинал говорить — забирали в отделение, чтоб другим было неповадно». Контекст, который она не упомянула, но который делает её слова весомее: 14 апреля, ровно в день её обращения, правительство Новосибирской области выделило 703,7 миллиона рублей на компенсации пострадавшим предприятиям, а прокуратура выдала предостережение местным чиновникам за нарушения при изъятии скота. То есть работа действительно велась — вопрос в том, как быстро и насколько публично.

На брифинге 16 апреля Дмитрий Песков подтвердил: видео в Кремле видели.


— сказал он. И добавил, что по затронутым темам уже идёт большая работа, «задействовано большое количество людей, и это всё не оставлено без внимания».

Узнав об этом, Боня записала ещё одно видео — уже со слезами.


— сказала она. К тому моменту её первое обращение набрало более миллиона лайков. А 15 апреля, через день после публикации, появились новости о возможном смягчении блокировок Telegram — и интернет решил, что совпадений не бывает.

Конечно, можно спросить: с чего бы Кремлю вообще отвечать экс-участнице «Дома-2»? Но ответ проще, чем кажется. У Бони — почти 13 миллионов подписчиков в запрещённой соцсети. Когда человек с такой аудиторией говорит президенту в лицо, что его боятся все вокруг, это уже не просто блог — это социологический срез, упакованный в виральный формат. Кремль это считал мгновенно. И ответил ровно настолько, чтобы не раздувать скандал, но и не игнорировать запрос снизу. Песков похвалил «энтузиазм» — формулировка, которая и похвала, и одновременно мягкое указание на место.

А Боня, в свою очередь, сделала нечто большее, чем просто записала эмоциональное видео. Она предложила создать в Max или во «ВКонтакте» платформу для прямых обращений граждан к президенту — минуя губернаторов, которых, по её словам, все боятся. Идея утопическая, но симптоматичная: в публичном поле возник запрос на «прямую линию» без фильтров. Вопрос только в том, кто следующий возьмёт на себя роль такого фильтра.