Какое будущее видят для своей республики жители Приднестровья

«Здесь русский дух, здесь Русью пахнет» – эти строки вполне можно отнести к современному Приднестровью. Впрочем, здесь на протяжении всех 30 лет существования независимости Приднестровской Молдавской Республики люди жили в российской атмосфере и с надеждой, что Россия своих не бросает.


Вооруженный конфликт на берегах Днестра в 1992 году закончился благодаря российской 14-ой армии. С тех пор военный контингент ОГРВ находится в Тирасполе, выполняя больше миротворческую миссию. Приднестровцы сделали свой выбор 17 сентября 2006 года, когда на референдуме 97,1% принявших в нем участие высказались за независимость ПМР с последующей интеграцией с Россией.

Все эти годы приднестровцы ждали признания со стороны РФ, но его так и не было. Вместе с тем, за эти годы Россия в приднестровской столице открыла консульский пункт Посольства РФ в Молдове для упрощения приднестровцам процедуры принятия российского гражданства и получения заграничного паспорта РФ.

Приднестровские пенсионеры, имеющие стаж советского периода имеют возможность получать российскую пенсию, Россия построила социальные объекты в Приднестровье, периодически давала инвестиции для развития сельского хозяйства, поставляла учебники в приднестровские школы, ну и наконец, дешевый газ.

Тут все понимают, что это существенная помощь России (газовый долг, о котором говорит Молдова – политический вопрос, ну и, может, вопрос к властям ПМР, а к населению отношения не имеет, оно как раз рассчитывается исправно).

В ответ на всю эту помощь и внимание (хотя всегда ждали большего, например, признания), Тирасполь демонстрировал преданность Москве. Политики, общественники всегда в своих высказываниях обращались к результату референдума 2006 года.

В республике наряду с собственной символикой официально разрешена символика Российской Федерации. Очень часто на зданиях госучреждений можно увидеть наряду с приднестровским флагом, российский стяг. Русский язык преобладает и в общении, и в официальных документах, хотя в Конституции статус государственного имеют три языка – молдавский, украинский и русский.

Февраль 2022 года изменил многое… Приднестровье сейчас тоже в ожидании…Но до этого в республике произошло еще одно знаменательное событие, которое, правда быстро утихло, но вопрос: «А что это было?», все-таки остался.

24 декабря недавно переизбранный на второй срок Президент Приднестровья Вадим Красносельский опубликовал открытое письмо к президенту Молдовы Майи Санду, в котором предлагал встретиться и договориться об основах урегулирования молдо-приднестровского конфликта (хотя на практике его давно уже нет).

Красносельский призывал к переговорам «о путях сближения Молдовы и Приднестровья» (а до этого все время в ПМР говорили только о цивилизованном разводе двух государств!) и призывал молдавского главу государства и ее единомышленников «руководствоваться заботой о будущих поколениях», которые уже не видят друг в друге противников.

«Совершив такой шаг в уходящем году, мы сможем подарить жителям обоих берегов Днестра надежду на прочный мир и перемены к лучшему уже в начале нового, 2022 года!», – говорилось в письме приднестровского лидера.

Майя Санду на это письмо не ответила, заявив в СМИ, что ее канцелярия не получала такого письма. Но у приднестровцев остались вопросы к своему президенту и, прежде всего, а было ли это согласовано с Москвой? Поскольку ответа из Молдовы не последовало, тема скоро сошла на нет.

Снова в какой-то момент со стороны приднестровских руководителей начали звучать претензии в адрес Молдовы о задержании грузов и так далее. Зависимость от Молдовы действительно стала реальной и сильной после известных событий 24 февраля 2022 года, после чего Украина закрыла свои границы с ПМР.

А это фактически блокада для Приднестровья, потому как 80 % грузов в ПМР поступали через Украину. Сегодня единственный путь завоза в Приднестровье продуктов, медикаментов и других грузов – это территория Молдовы.

С момента начала военной спецоперации России на Украине приднестровские власти сохраняли да и, кажется, сейчас сохраняют нейтралитет: не делают никаких политических заявлений, а лишь занимаются гуманитарными вопросами. Тирасполь и другие города ПМР принимают украинских беженцев, создают им хорошие условия для проживания: кто-то даже трудоустраивается тут, детям дали возможность окончить школу, малыши ходят в детский сад.

Правда, после серии терактов в конце апреля многие приднестровцы сами спешно начали покидать свои дома, опасаясь, начала и в ПМР боевых действий. После заявления представителя Минобороны РФ о том, что в Приднестровье «тоже притесняют русскоязычных», приднестровцы, конечно, напряглись.

Отношения к России, как к большой Родине, тут не поменялись и люди по-прежнему хотят признания, но говорят, что только не такой ценой, как в ДНР и ЛНР. Хотя прекрасно понимают, что, не имея общих границ с Россией, признание останется только политическим моментом, а выстраивать дружественные отношения, как и ранее, придется с Молдовой и Украиной.

Может поэтому и пытался президент ПМР Красносельский договориться с президентом Молдовы Санду о совместном урегулировании конфликта и закрытии этого вопроса еще до вооруженного конфликта на Украине, который точно приведет к новому геополитическому раскладу.

Но, очевидно, президент Санду тоже не свободна, у ее кураторов (кстати, часто приезжающих и в высокие кабинеты ПМР), возможно, есть свои планы, и на этот счет, в том числе.

Так что где и с кем окажется Приднестровье – вряд ли это зависит от желания приднестровцев, во всяком случае, рядовых граждан, которые, кстати, не настроены воевать, и желают только мира и решения всех политических вопросов только дипломатическим путем.