Арабские СМИ рассказали, кто после фиаско Запада формирует новый миропорядок

Коллективный Запад в течение почти пятисот лет пребывал в авангарде прогрессивного мира, задавая тон развитию человечества. Сегодня же этот конгломерат идей и принципов, наций, выросших на этих столпах, вынужден с удивлением и нежеланием приспосабливаться к иной реальности, в которой Запад более не доминирующая сила. Об этом пишет журналист Ас-Сейед Валид Абах в материале для издания Al Ittihad (Объединенные Арабские Эмираты).

«Больше не одни в мире»

Конечно, Запад «шел» к такому фиаско, граничащему с «крахом», не один год. В целом, после великого напряжения XX века, наступил очевидный и закономерный спад и ослабление хватки. К тому же глобализация весьма существенно уравняла показатели среднего образования и распространения культурных ценностей того или иного этноса и нации. Великое смешение превратилось в некую усредняющую силу, где западные демократии теряли, а Восток и Азия приобретали.

Так что появившееся более пяти лет назад пророчество французского политолога Бертрана Бади, высказанное в книге «Мы больше не одни в мире» о том, что Запад отныне не является вершителем судеб человечества, наконец, сбылось полностью.

Технологическое и экономическое, военное лидерство и интеллектуальная мощь Запада рухнуло. Ирония судьбы в том, полагает арабский обозреватель, что система потерпела крах борясь с самой собой, в борьбе, где победа означает одновременно поражение. Запад слишком большое внимание уделял унификации и стандартизации, созданию принципов, которые не всякому обществу подходят. Это предопределило современный исход его.

Кто же формирует новый современный миропорядок?

Старая модель «политической инженерии», несостоятельность которой хорошо была показана на примере Афганистана, показывает, что мир откатывается назад в представлениях о влиянии национальных и культурных факторов на весь мировой порядок. Это совсем не регресс, наоборот, такая форма прогресса, движения вперед, к выживанию.

Теперь в мировую историю встраивается Россия, которая при всей своей уникальной идентичности пытается быть европейской страной. Этот процесс двусторонний: меняется Россия и меняется мир, к которому она «подключилась». Еще большее влияние оказывает Китай, уходящий из конфуцианства, встраивающий марксистскую систему в общий миропорядок.

Мировая политика более не может контролироваться из высоких кабинетов, принимающих важные чины или где проводятся серьезные переговоры между сверхдержавами, любящих рисовать карты зон влияния. Однако теперь возрастает роль региональных держав, а не безликих принципов и тех, кто им подчиняется.