Конец белорусской «нейтральности»: что это может означать для России

Президент Белоруссии Александр Лукашенко отдал распоряжение изъять из готовящегося проекта изменений в Конституцию государства норму о стремлении республики к «нейтральности». Глава державы мотивировал это тем, что «нейтралитет фактически отсутствует», как выразился сам Лукашенко. Он намекнул, что РБ принимает участие как в ОДКБ, так и ЕАЭС. Поэтому доработанный проект поправок в Основной закон должен учитывать реальное положение дел, без уверток и не действующих норм.


Но чем вызвана такое стремление к точности формулировок одной из важнейших норм Конституции, которая может определить всю дальнейшую судьбу республики? Что это может означать для России? Например, немецкое медиа агентство Deutsche Welle видит в рассматриваемом решении Лукашенко тотальную победу Кремля, понимая под желанием сорвать исключительно «фасадную норму» последние шаги по созданию союзного с РФ государства и переход Минска в том числе под военное управление Москвой.

Как обычно бывает, в реальной жизни все намного сложнее, нежели кажется на первый взгляд. К примеру, в самой Белоруссии собственную нейтральность (политическую или военную?) объясняют весьма просто, называя ее «рудиментом прошлого», который никогда не находил реального воплощения в жизни. Все дело в том, что идея нейтральности появилась как законодательное предписание в 1992 году, еще до прихода к власти Лукашенко, появление которого на политическом олимпе Белоруссии полностью нивелировало ее действие.

Иными словами, в Минске поясняют исключение понятия нейтральности исходя из соображений логической стройности и последовательности структуры Основного закона. Но и в этом объяснении кроется немало скрытого смысла.

В реальности, свобода выбора внешнеполитических ориентиров для правительства республики в силу исключения нормы о нейтральности означает формальное закрепление излюбленной позиции Лукашенко, заключающейся в многовекторности, приравненной отныне к отсутствию нейтральности как таковой. Можно утверждать почти достоверно, что маневры с этим разделом Конституции однозначно не являются подтверждением создания союзного государства с РФ, как на том настаивают немецкие журналисты.

Действующий глава республики, политический долгожитель Александр Лукашенко мастер по созданию образа, который выливается в «завышенную цену» дружбы с каким бы то ни было партнером. Умело лавируя между Востоком и Западом (о чем он сам неоднократно откровенно заявлял), ему удается везде преподнести себя подороже. Теперь, когда формально «крен» к России кажется неизбежным, резкая смена курса с восточного на западный с задействованием новой нормы, подтверждающей многовекторность, делающей ее частью, элементом внешней политики белорусского государства, может вполне помочь Лукашенко гарантировать собственную жизнь вне политики.

Это обязательное условие для Александра Григорьевича имеет широкое значение, поскольку все «диктаторы» в конце своего авторитарного долгого пути в последний срок правления в основном заняты обустройством путей отхода и подготовки к безбедной старости, а не решением проблем государства или общества. И уж тем более точно не озабочены смысловой чистотой Основного закона.