The Guardian: «Путин жаждет мести обманувшему его Западу»

Не стоит ожидать улучшения отношений с Западом, пока Россией правит президент Владимир Путин, которому зарубежные обозреватели приписывают «паранойю» и едва ли не жестокость, оправдывающую борьбу с несуществующей угрозой. Об этом пишет Ангус Роксборо в статье для английской The Guardian.


Удивительная трансформация

Спустя двадцать лет после восхождения Путина на российский трон и нескольких лет эскалации конфликта между Москвой и Вашингтоном, тяжело представить, что кремлевский лидер начал свой властный путь как ориентированный на Запад политик.


- говорит Ангус.

По словам автора, еще когда он сам был советником президента, все окружение Путина и аппарат называли себя «западниками» и демократами. Теперь все изменилось кардинально – после первых шагов сближения с Западом наступило охлаждение. Ныне Путин жаждет мести за обманутые ожидания.



Совмещение несовместимого

В ответ на свою явно демонстрируемую лояльность, Путин ждал встречных шагов со стороны тех, кому он посылал дружественные сигналы за рубежом. Однако после проявившихся первых признаков «путинизма», таких как подавление протестов, взятие под контроль СМИ, развязывание войн, росла и подозрительность в отношении лидера России со стороны ЕС и США, считает автор.

Все это заставляло хозяина Кремля разочаровываться, на фоне чего начал проявляться гнев, а он, наконец, трансформировался в неприкрытую враждебность. В итоге надежда на потепление отношений имеется лишь в долгосрочной перспективе, как полагает эксперт.


- метафорически описывает свои ожидания господин Роксборо.

Большинство россиян, особенно в среде интеллигентов и среднего класса, по-прежнему видят свое будущее с Западом.

Проблемы с «наследником»

Будет ли Путин прислушиваться к народу в этот раз? Ведь его «конек» в том, что он умеет искусно оседлать волны изменчивых настроений граждан. Сейчас русские как никогда хотят безопасности и уважения, а также, главное, быть частью мира.

В любом случае, Путин рано или поздно уйдет, а Западу придется помнить об этой нехитрой формуле: каким бы ни был его преемник, даже самым мягким демократом, приоритеты России во многом останутся прежними, заверяет эксперт.