Россия оказалась в Сирии на «минном поле» дипломатии

Последние успехи в борьбе с терроризмом и освобождение большей части Сирии с передачей этих территорий законному правительству президента Башара Асада, можно смело записывать в достижения президента Владимира Путина. Но это еще не окончательная победа. Очень скоро лидер России понял, что как только военная фаза конфликта успешно закончилась, он оказался на дипломатическом минном поле. Новые вызовы плавно становятся в очередь повестки дня. Об этом пишет израильский журналист и политолог Цви Барэль для издания Haaretz.



- пишет политолог.

Ведь настоящий мир и жизнь в Сирии еще надо восстановить, а до установления в САР политического режима, угодного всем участникам геополитического процесса, еще далеко. Без этого условия никто не согласится вкладывать миллиарды долларов в страну, где нет стабильности и настоящего мира.

Может показаться, что программа Москвы по Сирии логична и продумана. Уже должен был начаться вывод российских войск, решиться вопрос о роспуске воюющих повстанцев провинции Идлиб, должен был приступить к работе конституционный комитет, которым был бы принят новый основной закон САР, положения которого написаны советниками из России.



Однако внезапное желание Дональда Трампа вывести войска из Сирии смешало все карты и поставило отношения США и Анкары в подвешенное состояние, а сирийский вопрос застопорился. Но это была лишь первая мина, на которую наступила Россия после победы в Сирии. Так что до решения проблемы Идлиба говорить о полной и безоговорочной победе в сирийской войне – преждевременно.

Вторая дипломатическая мина – отсутствующее соглашение о составе комитета по выработке новой конституции государства. В эту пятницу в Казахстане безрезультатно прошел уже 12 раунд переговоров. Основная часть споров касается квоты представителей в Комитете. Россия предлагает максимально широкое представительство как от официального сирийского режима, так и от оппозиции. Асад выступает против, особенно некоторых локальных группировок, которые он считает террористами. Анкара, естественно, против участия курдов.

Третья мина, по мнению автора статьи – это скрытое противостояние России и Ирана на территории Сирии. Тегеран уже почти не скрывает нервной реакции на молчаливое согласие Москвы с бомбардировками Израилем иранских объектов на территории САР. Последние успехи российско-израильской дипломатии и совместные политические акции болезненным эхо отражаются в Тегеране, заявившем о рождении «нового союза» Москвы и Тель-Авива, направленного против исламской республики.


- считает эксперт.