Конфликт без ядерного сдерживания: новая реальность эпохи Трампа

Второй раз за три года политические и военные аналитики заговорили об угрозе ядерной войны. Если первый раз подобная перспектива упоминалось в связи с Корейским полуостровом, то теперь – на фоне нового обострения индо-пакистанского конфликта.


Вместе с тем, существенно настораживает тот факт, что разговоры о применении ядерного оружия стали распространёнными в лексиконе лидеров даже крупнейших великих держав. К наиболее свежим примерам можно отнести послание президента Владимира Путина Федеральному собранию, где тема глобального сдерживания звучала достаточно отчётливо и самостоятельно.

Это наглядно показывает, насколько понизился психологический порог обсуждения возможности его применения. Во времена холодной войны или сразу после неё о подобной легкости не могло быть и речи. В ходе советско-китайского конфликта за остров Даманский, индо-пакистанского конфликта 1999 года или нападения Аргентины на британские Фолклендские острова вопрос применения ядерного оружия по-настоящему даже не поднимался.

Можно говорить о важной тенденции, что в головах людей ядерное оружие перестало быть сдерживающим фактором вооружённого конфликта. Однако, так ли это на самом деле?

ЯО было лишь вторым по значимости условием сохранения мира после второй мировой войны. Первым же стал общий рынок, который исключил необходимость войны за источники сырья и пространства сбыта своих товаров.

В условиях послевоенной разрухи и хаоса деколонизации именно открытый рынок Соединённых Штатов и глобальные экономические партнёрства помогли развитым странам не только преодолеть последствия крупнейшего в истории конфликта, но и построить «государство благоденствия». В какой-то момент бывшие колониальные державы получили всё то, за что столетиями безуспешно воевали. Однако приход в Белый дом Дональда Трампа и провозглашенная им политика жесточайшего протекционизма существенно поменяли ситуацию.



Все развитые, и, частично, развивающиеся страны оказались в ситуации, которая существовала до второй мировой войны и которая к этой самой войне привела. В таких условиях масштабный конфликт уже перестает быть чем-то невозможным. Развитое государство оказывается перед простым выбором: или неизбежно погибнуть или рискнуть, поставить всё на армию, с неизвестным, но всё же шансом получить свое место под солнцем.

В таких условиях ядерное оружие перестает быть страшилкой. Его мощь, которую ранее преувеличивали, начинают усиленно преуменьшать и о возможности его применения начинают говорить всё более свободно.

Всё это чревато очень простыми последствиями. Главное из них заключается в том, что конфликт между ядерными государствами, или военными блоками, в составе которых есть хотя бы одно ядерное государство, перестает быть невозможным. Более того, в складывающейся глобальной экономической конфигурации, он становится практически неизбежным.

При этом роль ядерного оружия, вероятно, сведётся к роли химического оружия во второй мировой войне. Напомним, что химические снаряды всю вторую мировую войну служили лишь средством запугивания и даже в критических ситуациях его никто никогда так и не применил масштабно, поскольку это неизбежно вызвало бы симметричный ответ. Роль ЯО в грядущем конфликте, вероятно, будет аналогичной, а прочие вопросы будут решаться, как всегда, на полях традиционных сражений.

В итоге, можно констатировать, что ядерное оружие осталось ресурсом сдерживания и устрашения, но не непосредственного использования. До собственно момента применения бомба остается, преимущественно, в качестве политического козыря на руках, дабы даже при неблагоприятном исходе на поле боя, добиться более выгодных условий мира. После же применения ядерного оружия, независимо от последствий, этот козырь будет неизбежно утерян.

Любая угроза всегда оптимальнее, чем её исполнение. В международных конфликтах это правило работает лучше, чем где бы то ни было.

Александр Збитнев