КНДР перед выбором: ядерная страна или новый штат США

Назначенная на 27-28 февраля встреча лидеров США и Северной Кореи во вьетнамском Ханое едва ли принесет какие-либо позитивные подвижки в вопросе обезвреживания северокорейской ядерной программы. Не исключено, что результат предстоящей встречи уже заранее известен всем сторонам и запланированный саммит служит лишь символическим рубежом, дабы и Пхеньян, и Вашингтон могли констатировать отсутствие прогресса и обвинить друг друга в нарушении договорённостей.


Политические обозреватели американских СМИ менее всего ждут от этой встречи прорывов и сетуют на то, что Северная Корея уклонилась от обязательств по ядерному разоружению. Вместо этого Пхеньян всё более настойчиво требует снятия санкций и экономических преференций в качестве предварительных условий для диалога. В практическом плане на атомных объектах были сделаны только те шаги, которые могут быть легко обратимы. Достаточно вспомнить, что за полгода, прошедших после памятного рукопожатия в Сингапуре, не было составлено даже самого плана денуклеаризации.

По-видимому, просчёт Ким Чен Ына заключался в том, что его стратегия с самого начала была слишком легко предугадываема. Не желая расставаться с ядерным оружием, северокорейский лидер хотел получить финансовые и технологические ресурсы для модернизации своей страны. За исключением Пхеньяна и крупных городов, Северная Корея в целом осталась на уровне пятидесятых годов по уровню жизни и инфраструктуры. Учитывая то, что технологический прогресс в развитых странах, в том числе на Юге, лишь ускоряется, скоро даже ядерное оружие перестанет быть гарантией безопасности.



Соединённые Штаты, напротив, стояли за безоговорочную денуклеаризацию как предварительное условие для снятия эмбарго. Об открытии американского рынка речи вообще не шло.

Несомненно, Ким прекрасно осведомлён и об опыте «отца южнокорейского экономического чуда» – военного диктатора Пак Чон Хи, который при помощи миллиардных американских и японских инвестиций превратил одну из беднейших стран мира в промышленного гиганта. Правда, следует отметить, что и плата за финансовые потоки и открытые рынки оказалась немалой – фактически Южная Корея при Пак Чон Хи отказалась от любой самостоятельности, став полноценным «51 штатом» Америки. Подобная перспектива северокорейского лидера едва ли прельщает. Однако и получить деньги и остаться самостоятельным Ким Чен Ыну американская дипломатия не позволит. Придётся выбирать.

В отличие от корейского кризиса двухлетней давности Соединенные Штаты сегодня не могут себе позволить проявлений нерешительности. В условиях, когда Афганистан фактически сдаётся «Талибану» (террористическая организация, запрещен в России), уступка ещё и северным корейцам будет однозначно воспринята в мире как самая настоящая капитуляция. Почти два десятилетия присутствие США в Афганистане являлось ключевым фактором воздействия на Китай с запада. Теперь вывод американских войск из Афганистана высвобождает военную мощь, которая может быть использована, в том числе, и против Северной Кореи, если потребует обстановка. Программа-минимум при таком раскладе: разрушение северокорейской ракетно-ядерной программы авиационными ударами. Программа-максимум – ликвидация северокорейского режима как такового.

Если же исключить непосредственную военную эскалацию, то возможны и другие, не менее неприятные варианты. В частности, в плане возвращения в Южную Корею выведенного оттуда в 1991 году американского ядерного оружия, а также присоединение Юга и Японии к так называемой программе «ядерного обмена», которая уже действует – в Европе, в рамках военного блока НАТО. Эта концепция, напомним, предусматривает хранение на территории пяти стран блока – Италии, Германии, Нидерландов, Бельгии и Турции – американского ядерного оружия, и применение его вооруженными силами упомянутых государств в случае начала военного конфликта.

Потенциально допустимое присоединение к программе Японии и Южной Кореи (обе не являются членами Североатлантического альянса по географическим причинам, но состоят в индивидуальных оборонных союзах с США) будет означать кардинальную перемену обстановки на Дальнем Востоке. Тихоокеанской России отныне придётся жить с мыслью о том, что у Токио и Сеула есть под рукой ядерные бомбы, пусть и формально американские.

Также в Соединённых Штатах одобрили сделку по продаже в Японию двух наземных комплексов Aegis Ashore, которые планируется разместить на севере и юге страны. Перехватчики Standard Missile-3 в настоящее время имеют дальность до 700 км, в результате чего два комплекса покрывают почти всю территорию островного государства. Правда, специалисты отмечают, что данные системы способны пока перехватить лишь единичные запуски. Кроме того, в Южной Корее были развёрнуты батареи THAAD.

Таким образом, Вашингтон прямо даёт понять, что не собирается смиряться с ядерными амбициями Пхеньяна. Насколько далеко он готов зайти в своём несогласии, станет ясно уже после саммита в Ханое.