Российские «наёмники» в Судане: между правдой и вымыслом

Сообщения о «российских вооруженных людях», работающих на режим авторитарного президента Омара аль Башира в Судане всё чаще появляются в СМИ, причём как в отечественных, так и зарубежных. Конкретных свидетельств того, что в регионе действуют именно российские граждане, а не выходцы из стран СНГ, до сих пор показано не было. Не говоря уже о том, что разговор идёт не о авантюристах-одиночках, коих во все времена достаточно, а о неких ЧВК.


В январе глава МВД Судана Ахмад Биляль Осман на фоне множащихся слухов вынужден был опровергнуть опубликованную британской The Times информацию о якобы участии российских наемников в разгоне демонстраций в стране.

Тем не менее, сомнения у российских и зарубежных обозревателей остались. Особенно, если вспоминать о некогда значительном советском военном присутствии на берегах Сомали, Эфиопии (ныне Эритреи) и Южного Йемена с целью перекрыть Красное море и Суэц в случае начала новой мировой войны. Высказываются предположения, что возвращение в этот стратегический регион может заинтересовать Москву. Ей Омар аль-Башир, уже дважды прилетавший в Россию, мог предложить базу в Порт-Судане.

Каковы мотивы суданцев до конца не ясно. Нет, само собой, Хартум желает получить от Москвы финансовые преимущества, современное оружие (в первую очередь ПВО и истребители), зерно и политическую поддержку. Ну и военные гарантии само собой.



Пример Башара Асада, который удержался от полного краха лишь благодаря российской и иранской поддержке многих вдохновил. Хотя, надо сказать, что Сирия – отдельный частный случай, но суданский диктатор хватается и за этот прецедент. Многие журналисты отметили, что на встречу с сирийским лидером суданский президент прибыл на российском самолёте, принадлежащем Минобороны РФ. Именно на его фоне два изгоя западного мира пожали друг другу руки: как символ своеобразного арабского Рапалло, если подобные исторические аналогии уместны.
Внутренние суданские события

Информация о беспорядках сегодня носит крайне противоречивый характер. Если изначально действительно имели место ожесточённые столкновения по чисто экономическим причинам с вкраплением политических, то теперь, судя по всему, ситуация вернулась под контроль властей. Хотя отдельные выступления в разных городах продолжаются, масштаб их сравнительно невелик. Даже иностранные СМИ говорят о «тысячах», а нередко и «сотнях», протестующих. Что в масштабах такой страны едва ли можно воспринимать серьёзно.

Впрочем, если сейчас Судан и справился с народным гневом, перспективы у него никак нельзя назвать радужными. Буквально в 2020 году страну ждёт настоящая катастрофа, когда соседняя Эфиопия начнёт забор воды для своей крупнейшей на континенте гидроэлектростанции Национального возрождения. Отказаться от проекта Аддис-Абеба не может, несмотря на прямые военные угрозы Египта: водой и электричеством будут обеспечены либо сто миллионов эфиопов, либо сто миллионов египтян – а в этих странах проживает именно по такому числу жителей. Между этими гигантами Судан оказался один, без союзников, с фактически рухнувшей экономикой и в статусе международного изгоя. По стечению обстоятельств, в 2020 же году пройдут и суданские выборы на пост президента.

Тем временем, страна заметно деградирует. Остатки инфраструктуры ветшают, международные санкции только усугубляют положение. Окончание затяжного внутреннего конфликта привело к тому, что Южный Судан стал самостоятельным государством, оставив за собой и многие нефтяные месторождения. По любым меркам потеря такого огромного куска территории вместе с четвертью национального богатства считается признаком крайне неуспешного правления.



Ответом на недовольство стал государственный террор. Режим Омара аль-Башира, пришедшего к власти ещё в 1989 году в ходе военного переворота, считается одним из самых жестоких и репрессивных в мире. Достаточно сказать, что аль-Башир в настоящий момент единственный находящийся на посту глава государства, которого преследует Международный Уголовный Суд в Гааге за преступления против человечества: геноцид в Дарфуре, в ходе которого погибли сотни тысяч людей. Случай исключительный, ибо по неписаным правилам против действующих лидеров государств обвинений не выдвигают.

В таких условиях Омару аль-Баширу срочно нужны союзники на внешнем поле. Он уже отправлял наёмников в Йемен на помощь Саудовской Аравии, по существу, став клиентом Эр-Рияда. Идёт нормализация отношений с Израилем. На очереди – Россия.
Однако вопрос о том, нужна ли Кремлю база в регионе, остаётся открытым. Если в советское время имела место попытка противостоять ВМС США через сеть удобных баз, то сегодня о глобальном противостоянии речь не идёт. Об этом высшим руководством России заявлялось несколько раз.

В идеале аль-Башир, вероятно, стремится накрепко связать Россию с собственной властью. Но по факту Москва с её надвигающимся сонмом внешних и внутренних проблем, едва ли чем-то сможет помочь президенту Судана. База – это хорошо, но не такой ценой.

Возникает ситуация, при которой даже отсутствие существенной поддержки со стороны РФ выгодно суданским властям. Информационный шум, маскировка, «фейк ньюз» – это то, что в современном мире имеет часто большее значение, чем реальность. Так что распространение слухов о «россиянах» может быть выгодно, прежде всего, официальному Хартуму. Наличие в союзниках России, если оно даже мнимое, резко повышает авторитет режима на международной арене и даёт право на неформальное ослабление санкций. На что, к слову, и сетует иностранная пресса, обсуждая суданские протесты.

Так что о загадочных «российских» наёмниках мы ещё услышим не раз и не два. И в итоге станут они такими же персонажами местных сказаний, как и мифические российские подлодки в шведских водах.