Польша: на нескольких стульях

Всю свою историю Польша представляла из себя довольно забавный курьёз, являя пример страны, которая только поистине каким-то непредставимым чудом не только не разваливалась, но и даже подчас подминала под себя всю Восточную Европу. Такое трудно было ожидать от государства, в котором при голосовании за какое-нибудь решение один-единственный член Сейма, подав голос против против (зачастую просто потому, что гладиолус), рушил все хитровыверенные планы соотечественников, но – факт есть факт.

Некоторые связывают это с довольно интересной закономерностью, наблюдаемой в её исторической перспективе (что-то навроде правила «лысый-волосатый» для российской политики или «проклятия Текумзе» для американских правителей): Польша подминала под себя всех окрест и взмывала на вершины власти только тогда, когда во главу её становился инородец – русский, литвин или там немец. Но как только государство возглавлял поляк, то его соотечественники мгновенно «теряли все полимеры» и низвергались с политического олимпа. Одно из таких извержений и вовсе кончилось тем, что Польша как страна перестала существовать, что навсегда отразилось в психике самих ляхов: никто в мире, до них, не делал ненависть к соседям – всем вокруг – государственной идеей.

Причём тут снова сказалось та самая польская особенность психики, поскольку ненависть нисколько не мешает полякам торговать с этими самыми предметами своих чувств. Примерно как у Гарри Гаррисона – «Ненавижу тебя, Чака! – Ненавижу тебя, Фасимба!» Возможно, именно то, что они ненавидят всех одинаково, и даёт им такую возможность, со всеми ними взаимодействовать?

Например: поляки, бывшие господа, ненавидят своих бывших холопов, украинцев. Они не желают помнить того, сколько сами причинили бывшим подданным горя, но зато не забывают тем, скажем, того же Бандеру с его идеями. Но разве это помешало нынешнему президенту Польши, единственному из всех правителей Запада, приглашённых на празднество, прибыть на Украину во время отмечания её Дня независимости?

Или же они ненавидят русских, точно так же припоминая им все обиды, но совершенно не желают помнить ничего аналогичного со своей стороны. Но разве это им помешало подсуетиться и предложить России транзит на выгодных для неё условиях после того, как для российских большегрузов закрыла свою территорию Украина? Причём они на этом не останавливаются, и в настоящее время пытаются развить неожиданный успех, порождённый скудоумием их соседей – предложив РФ «дальнейшее сотрудничество без предварительных условий».

А уж про немцев и говорить не приходится – поляки помнят им всё произошедшее во время последней войны, но как-то не вспоминают два миллиона немцев, проживавших на польских землях до середины прошлого века, которых они изгнали после Второй мировой, а тех, кто не успел убежать, безо всякой жалости уничтожили. Но зато сегодня нет более верных последователей идей канцлерин Меркель в Восточной Европе, поддерживающих её практически во всём.

Есть мнение, что довольно-таки трудно существовать, соединяя в себе такое количество противоречий. Когда-нибудь это да даст о себе знать. Вопрос лишь в том, кого на тот момент ляхи будут ненавидеть сильнее, дабы выплеснуть всё это в его сторону.